Восточный экспресс

Жизнь как кино

Порой мне кажется, что жизнь — как кино. И, нахваливая кинофильмы, лучшие из лучших, мы говорим про них: жизненно. Редко угадаешь, что ждет тебя дальше. Ситуации, отдельные фразы, выхваченные из контекста, — они запоминаются для некоего сценария, который так никогда и не будет написан. Иногда это кино можно костюмировать и «прожить» по заданному сценарию.

В рамках «медовой недели» я проехал на таком поезде из Сингапура в Бангкок практически через всю Малайзию и весьТаиланд. Само путешествие занимает шесть дней, хотя, если бы поезд двигался по прямой,— дороги-то всего на двое суток максимум. Но поезд сворачивает с пути, забирается в горы, джунгли, проходит по старинным мостам. При этом все остановки в пути запланированы, а жизнь в поезде расписана по минутам. Мы опасались, что придется провести несколько дней в компании скучных, немощных миллиардеров на покое, потому что удовольствие путешествовать на таком поезде — не из дешевых, а молодые людитеперь предпочитают вкладывать деньги в социальные сети. Да, в компании из сорока человек оказались восьмидесятипятилетний промышленник из Арканзаса с супругой и девяностолетняя британская леди, которую вместе с дуэньей отправили внуки в путешествие. Но леди путешествовала на таком экспрессе 70 лет назад, будучи еще совсем юной,но внимательной девочкой. Так что ее вечерние рассказы за рюмкой портвейна в пиано-вагоне были сколь познавательны, столь и увлекательны. Что же касается американской четы,то они практически все время провели в своем купе, а если и появлялись на людях, то тихо вязали в уголке. Кажется, она свитер, а он — точно шарф. Остальные же пассажиры «Восточного Экспресса» — это люди от 35 до 45 лет, представители самых разных профессий и стран. Задумчивый австралийский астроном. Бывшая итальянская модель с другом, очень модная парочка готов из Гонконга, компания французских докторов ведущих практику в Танзании.


МАЛАЙЗИЯ Первая остановка «Восточного Экспресса» — на центральной станции столицы Малайзии, города Куала-Лумпур. А дальше пассажиры разделяются по группам. Кто-то поедет в деловую часть города, кто-то в музеи, кто-то, как мы, предпочтет пошляться по старому городу, заглядывая на местные рынки и в кафешки. Следующим утром, уже в середине страны, пассажиров отправляют на автобусах в горы. Там отель и чайные плантации. Там клубничные поля и старые замки. По дороге мы заехали втрадиционную малайскую деревушку. Здесь большинство из гостей уселось в тени пальм дегустировать местный чай, а я подвизался помогать хозяину одного дома пилить бамбуковые стволы. И не прогадал: за полтора часа работы я заработал целых 80 американских центов. Затем из кустов появился ряженый малаец, представившийся Майклом Джексоном. Он даже показал удостоверение с фотографией. И ведь не соврал (впрочем, я уже ничему не удивлялся после того, как прочел имя стюарда нашего вагона на бейджике: mister Ping Pong). Малайзия — интереснейшая страна, с точки зрения государственного устройства. В ней живут десять султанов. Каждый из них правит собственным штатом - султанатом. Монархи по очереди возглавляют страну. Каждые пять лет выбирается новый Верховный правитель. То есть, если ты родился принцем, у тебя есть шанс поправить страной самое позднее —через пятьдесят лет. Интересно, конечно, но сомнительно, если проецировать на Россию (что я, конечно же, тут же и сделал): это как если бы все знали, что Путин сейчас уйдет, но через полвека править страной будет его внук. В гостях у одного такого султана мы и побывали. Это — Азлан Шах, правитель Перака. Он дал нам в сопровождение наряд полиции в виде машины с мигалкой и нескольких мотоциклистов. Но сам султан так и не появился пред наши светлые очи. Хотя весь день, пока мы бродили по его дворцу, он незримо был с нами. В каждом зале на тебя смотрит малахитовый Азлан Шах, изумрудный Азлан Шах, хрустальный Азлан Шах... А коллекция оружия! Султан пренебрежительно смеется над Рамзаном Кадыровым с его золотым пистолетом, потому что у него есть... золотой танк! Модель танка, конечно, не в натуральную величину, но все равно очень впечатляет. Тем временем в местном SPA приготовлены ванны с чаем. Да, у вас есть все шансы почувствовать себя чайным пакетиком. Вы сидите в резервуаре, перед вами дольки лайма, чтобы им натирать себе локти и пятки, смесь сахара с чайным жмыхом — это скраб, и, конечно же, нашлепки с заваркой на глаза. Тут же наушники с релаксирующей музыкой и застывшая в ожидании массажистка. Пока мои спутники принимали чайную ванну, я отправился по клубнику. Вот она, рефлексия по советскому детству, когда клубника в твоей жизни появлялась так же нечасто и так же мимолетно, как Дед Мороз. На клубничной плантации меня постигла неудача — урожай собрали позавчера, но я не отчаиваюсь, потому что рядом — удивительной красоты мечеть. Одна из главных достопримечательностей мира и этого малазийского городка с эппловским названием iPoh. С тюльпанообразным золотым куполом, горящим золотом на фоне пальм, мечеть внесена Юнеско в фонд памятников архитектуры. Лишь две японки бродят тут вместе со мной. Им выдали огромные балдахины до пят (которые они надели, не снимая рюкзаков со спины) и повязали платочки. Это выглядело забавно: будто две сгорбленные старушонки из Суздаля ходят тут в кедах, с тяжелыми «никонами» наперевес.
Восточный экспресс

Дядюшка Хо

Я мог бы порекомендовать одну великолепную китайскую забегаловку, которая расположилась на втором этаже колониального дома, что стоит рядом с местом слияния двух рек: Куала и Лумпур, но, увы, не запоминал адреса. Огромные вентиляторы под потолком, чугунные решетки на окне, фотография юных «Битлз» на стене и дядюшка Хо, владелец заведения, который непременно вам покажет вырезку из местной газеты за 1998 год.

ПЕНАНГ Утром мы пересаживаемся на паром. Нас ожидает остров Пенанг. Это тот самый азиатский Восток, каким мы себе его и представляем по книгам и фильмам. В этом смысле у меня всегда возникали трудности с переводом названия нашего поезда: Eastern&Oriental Express — получается, что Экспресс Восточный и одновременно Восточно-Азиатский. Вокруг то, что в литературе называется Индокитаем: рикши, китайские кварталы, индуистские храмы, по-европейски, с иголочки, одетые малазийские бизнесмены, викторианская архитектура и море, море, море... Здесь есть старинный форт с шестьюдесятью старинными пушками, которые ни разу не выстрелили. Тут же, за крепостными стенами, построена огромная мачта корабля. Это— фейк. Издалека, с моря, враги принимали его за настоящий корвет и не рисковали. Здесь же стоит памятник Франсису Лайту, основателю города. Но памятник слеплен не с него, а с его внука, потому что как выглядел отец-основатель, уже никто не помнил. И эти хитрости — фальшивый корабль и ненастоящий памятник — создают ту самую атмосферу лукавого Востока, пряную, тягучую и свободную от условностей. Рядом — плавучая деревня китайских цыган. Домики строят на сваях, чтобы неплатить земельный налог. Домишки — один над другим. На каждом — почтовый ящик из банки из-под оливкового масла или из молочного пакета. Парикмахерский салон, где можно, если рискнете, подстричься за пять рублей на наши деньги, гадальные салоны и даже креветочная ферма. Мы попросили экскурсовода завести нас в местную школу. Это самая удивительная и красивая школа из всех, где мне приходилось бывать. Колледж для девочек расположился на берегу океана. Учениц распределили и выдали форму по национальному признаку. Вот мусульманки в платочках и белоснежных платьях. Вот индуски в зеленых шортах с кастовыми мушками на лбу. Вот ученицы христианской миссии и красного креста. Эти вообще выглядят как американские \"чирлидерс\", в коротких юбках и рэпперских байках с капюшоном. Все дружелюбны, общаются между собой, улыбаются и смеются. Мы оставляем наших новых юных подруг заниматься каратэ на уроке физкультуры и отправляемся полюбоваться закатом.

Тут мы встречаемся с британским писателем Лесли. Лесли — историк, публицист, полжизни живетв Малайзии. Изучает историю этих краев и делает это настолько качественно, что женился на малазийке, которая всегда и везде сним. Компания Eastern&Oriental Express нанимает его в качестве спикера, и он сопровождает пассажиров в некоторых экскурсиях и читает в салоне поезда лекции. Мы попиваем слинг (чем дальше от Сингапура, тем он все хуже), а Лесли рассказывает о совместных приключениях с писателем Энтони Берджесом и вдруг переспрашивает: «Вы же из России? Видите, в бухте, на воде, красные маячки? Они предупреждают, что там лежит ваш крейсер «Жемчуг». Мистер Лесли рассказывает удивительную историю о гибели русского судна во времена Первой мировой. Порядочно повоевав, «Жемчуг» зашел в эту бухту, которую контролировали союзники: передохнуть, «перебрать механизмы». Капитан Черкасов выписал супругу из Владивостока и сошел к ней на берег. Но, война есть война. Расслабляться нельзя. Немецкий крейсер «Эмден», моряки которого приделали фальшивую четвертую трубу из брезента (чтобы быть похожим на английские корабли), патрулировал эти места. Французский эсминец, охранявший бухту, принял немцев за союзников — англичан, и даже отсалютовал вражескому кораблю. Немцы, увидев русский крейсер, торпедировали его. А подорвав, расстреляли из пушек. Все заняло ровно 5 минут. На обратном пути немцы заодно потопили жизнерадостных французов. «А капитан Черкасов в этот момент сидел там, где сейчас сидите Вы, мистер Алекс.В этой гостинице, в этом ресторане, завтракал с супругой», — мистер Лесли сделал театральную паузу. И вывел резюме: «Мне нравятся истории с послевкусием. Военный трибунал лишил капитана дворянства, чинов, орденов и прочих знаков отличия. И отправил на фронт матросом. Хочу сказать несколько слов о силе человеческого духа. Матрос — барон Иван Черкасов воевал на Кавказском фронте, был награжден солдатским Георгиевским крестом и в апреле 1917 года восстановлен в чине капитана 2 ранга. Во время революции эмигрировал во Францию, где и умер в 1942 году. Был участником Сопротивления, продолжал свою личную давнишнюю войну с немцами». Это прозвучало как тост, и мы с мистером Лесли выпили за русских моряков, и уже не коктейль, разумеется. 
Восточный экспресс

Султан

Похожий на Ричарда Гира, султан Малайзии гоняет на Ferrari, опекает хоккейную команду, поддерживает киноиндустрию, развивает в стране гольф. Лично перегнал подводную лодку из Франции, купив ее для ВМС своей страны. В доме -музее султана выставлены вещи и артефакты, которыми у него нет времени пользоваться. Коллекции часов и фарфора, всевозможные панно, гобелены, мозаики и картины с его изображением.

ТАЙЛАНД Тук-тук-тук, колеса поезда продолжают свой перестук, и утро мы встречаем уже в Тайланде. За окном экспресса улыбающихся малазийцев сменили не менее радостные тайцы. На полустанке, совсем как у нас, предлагают всякую снедь. Тут же выжимают сладчайший сок из тростника. Выжимают в специальной переносной машинке, произведенной, кажется, в середине прошлого века. В пиано-баре сегодня дегустация тайских фруктов. Все расспрашивают про дуриан. А попробовать его решился только я. Мне понравилось. Ничего особенного. И запах у него не такой чудовищный, да и вкус совсем не божественный. Стюард приносит приглашение в желтом конверте — на экскурсию. Сегодня в программе: слоновья ферма, затем Monkey School и водная прогулка под мостом через реку Квай. Со слонами все понятно, а вот о школе обезьян упомяну отдельно. Ее директор, девушка, похожая на Йоко Оно в лучшие годы, показывает, чему научила питомцев. Обезьяны забираются на дерево и сбивают для нее кокосы. Такие обезьяны помогают крестьянам собирать урожай. Как бы-Йоко развенчала один миф: бананы для ее подопечных — это никакой не деликатес. Это как для нас картошка. А вот что они по-настоящему любят, так это мультифруктовый сок из маленьких упаковок.

Поезд вскарабкивается на легендарный чугунный мост. Его строили австралийские и американские военнопленные. С тех пор он не ремонтировался. Мы осторожно сходим с него и пересаживаемся на плавучий дебаркадер. Вот ради таких моментов и стоит путешествовать. Вы неспешно плывете по реке Квай. Над вами мост, на котором стоит экспресс, ставший вашим домом. По берегам понатыканы статуи Будды. Причем на одном берегу — его китайский вариант, когда толстый Будда лежит на траве, отпустив свой огромный живот в свободное плавание, а на другом — медитируют вислоухие и худые тайские Будды, подпирая островерхими шапочками небо. Вы сидите на краю, болтая ногами в воде, а вам читают лекцию. Мистера Лесли на границе сменил мистер Генри. Тоже английский писатель,тоже проживший в этих краях много лет, тоже в сопровождении местной жены. Мистер Генри, невысокий крепыш в колониальной форме, разворачивает карту боевых действий в этих местах во времена Второй мировой войны, вооружается указкой и начинает свой рассказ. Вы его почти не слушаете, полностью погрузившись в созерцание мира, лишь изредка улавливаете знакомые слова: «Чан Кайши... Камикадзе... Совьет».

Тайцы обожают своего короля Пхумпиона. Он правит ими 65 лет. Этот одноглазый монарх (травма во время парусной регаты) действительно производит впечатление достойного человека. Любит джаз, играл с самим Бенни Гудменом, не на словах, а на деле помогает подданным, на досуге пишет книгу о своей собачке. В Тайланде лучше не шутить по поводу Его Величества. Могут посадить в тюрьму. Из-за того, что кто-то выложил в сеть сатирический ролик про короля, в стране вмиг запретили ю-тьюб. И что важно: это — не страх, это — любовь. Не зная этого, я попал в неприятную историю. В баре мы так увлеклись общением, что перебрали со спиртным. И я испытываю такую эйфорию, восторг и любовь ко всем окружающим, что мне необходимо этой любовью поделиться. Я решил отблагодарить хозяйку бара, достал тысячебатовую купюру (на которойизображен король с фотоаппаратом). У хозяйки рядом с кассой стояло приспособление для чеков: деревяшка с воткнутойв нее иглой. Я надел купюру на этот гвоздь — и он вошел острием в лицо Пумпиона. Все вокруг вдруг стихло. Замолчала музыка, люди прекратили танцевать и все смотрели на меня. Пауза длилась мучительно долго. Спасла положение (и меня заодно) хозяйка. Она осторожно сняла купюру, провела языкомв разорванном месте и бережно ее подклеила, дав понять взглядом, что все в порядке. И вновь грянул бит, и закружились пары, но мы уже спешили на поезд. Нам предстоял последний ночной рывок до Бангкока.

На последний ужин в «ВосточномЭкспрессе» дамы надели свои самые красивые платья, а мужчины— смокинги. Наш повар (обладатель мишленовских звезд, мсье Ян) то и дело заглядывал в вагон-ресторан, проверяя, нравится ли гостям угощение. Под десерт мы устроили повару бурную овацию. Позже, в ночи, он вышел к нам в «смотровую кабину» и закурил сигару. Его рабочая неделя закончена. Можно расслабиться. Пропустить стаканчик и наконец-то познакомиться с гостями. Это самый грустный вечер. Все понимают: завтра мы расстанемся. Обмениваются визитками, адресами в фейсбуке, шутят, что американские миллиардеры никого из нас так и не усыновили. Уже глубокая ночь, а мы все сидим и сидим. Уже почти никто не разговаривает. Галстуки приспущены, бабочки сняты, в бокале не обновляются напитки. Мы слушаем перестук колес и тишину. Утром — Бангкок. Прощание на перроне. Весь личный состав легендарного «Восточного Экспресса» выстроился у вагонов, и тогда стало очевидно, что обслуживающего персонала больше, чем пассажиров. И хотя впереди у нас было еще много интересного (например, ночные гонки на тук-туках по улицам столицы), но это уже не имело никакого отношения к путешествию. Приключения закончились. По законам жанра, нужно думать о сиквеле. Что это будет? Путешествие в горное королевство Бутан? В Арктику на ледоколе? На воздушном шаре над саванной? Время подумать есть.&

Официальный сайт Eastern&Oriental Express: http://www.orient-express.com/web/eoe/eastern_and_oriental_express.jsp

Текст Алекс Дубас | рисунки Лена Шагиева | фото Алекс Дубас, архив компании Eastern&Oriental Express